Александр Макаров. Зеркало недели.
Четыре месяца спокойствия — это то, что нас ожидает.
Время, которое, на первый взгляд бежит очень быстро, но на самом деле приостановилось. Время забыть о платежках за тепло, потому что оно дается сверху и даром. Несколько месяцев — насладиться настоящим солнцем и забыть об искусственных светилах телеэкранов. Это сейчас нам кажется, что их там полным-полно, а к концу года мы поймем, что весной мы от них отдыхали.
Месяцы вялого переваривания сырых идей переустройства страны и решения конфликта на Донбассе; сырых и непригодных для использования, потому что не пришло еще время решать.
Дни, насыщаемые фанфарами в честь побед, о которых забывают пару дней спустя. Новости о вечных, кажется, обстрелах на фронте; взрывах гранат в киевских дворах, очередном не въехавшем в страну российском артисте, о местном певце-предателе, медреформе, которая началась, но плодов ее дождемся позднее, и если не мы, то дети обязательно. Об очередной раз сидящей Савченко. Одним словом, ничего не происходит.
Там, наверху, слышен шепот. Это время обсуждать. Потом, летом, наступит время договариваться, осенью — время выполнять договоренности, а зимой и ранней весной — время изменять партнерам. Или, говоря языком понятным многим, — время тереть, бить по рукам, разводить и кидать.
Все меняется, и не меняется ничего. И ладно бы речь шла о миллионерах, которые, благодаря Майдану, чуть не стали миллиардерами, но экономика рухнула, они выросли в разы, но остались миллионерами, загрустили светлой грустью и занялись дерибаном того, что шевелится: энергетикой и лотереями.
Ладно бы речь шла об олигархических игрушках, наконец достигнувших мечты недолгой своей политической жизни — домика в Конче. С ними все ясно.
Обидно, что спустя недолгое время после прихода в политику энтузиастов реформ, романтиков и аферистов они перенимают те же самые переговорные повадки, что и их преступные предшественники. Пусть те меньше думали о судьбе Родины и поминали ее исключительно в тостах, но темпы, которыми честолюбие неофитов превращается в тщеславие, а скромность мутирует в желание пожить “по-человечески”, напоминают скорость обогащения наиболее одиозных режимов.
Конечно, реальность не совсем совпала с ожиданиями идеалистов. Конечно, выяснилось, что переделывать систему гораздо труднее, чем строить новую, но ведь из этого совсем не следует, что можно сосредоточиться на собственных карьерах и успокаивать себя исполнением великой миссии. Нельзя совмещать желание пожить красиво сегодня и претендовать на славу реформатора завтра. Нельзя, уважаемые сотрудники антикоррупционных органов и им сочувствующие!
Исторические трансформации — вещь неприятная и болезненная, в их процессе богатство можно только потерять (если оно было), и не найти (если не было).
Хотелось бы, чтобы некоторые защитники государственной собственности от разграбления отказались от цели приблизиться по уровню доходов к грабителям. И, кстати, воздержались бы от использования в своей борьбе методов оппонентов — вранья, жульничества и демагогии. Цель не только не оправдывает средства, но средства часто незаметно меняют цель на противоположную.
В ход идет даже светлая идея объединения церквей, воплощать в жизнь которую надо будет годами, а создать новые конфликты в и так нездоровом обществе можно за пять минут.
Партнеры по власти, похоже, не учатся на ошибках предшественника, который тоже играл в евроинтеграцию, шантажируя Путина, но в конце концов эта игра накрыла его самого. Он-то думал, что играет он, а играли им.
Это именно команда предшественника придумала в 2012 году “угрозу украинского фашизма”, которая была призвана заглушить крах надежд на процветание Донбасса после избрания “родного” президента, а для обоснования этого “ужаса” национал-социалистическим организациям еще и содействовала, щедро спонсируя.
И ведь рецепт избежать неприятностей придумали давно — просто надо посидеть лишний час и просчитать последствия принимаемых решений.
В нынешней власти думают, что все растущий отрыв регионов от центра, полный беспорядок в системе власти во многом из-за бессознательного подбора кадров (когда глав обладминистраций находят то в лесу, то на сходках), слабоуправляемые органы правопорядка не помешают им превратить страну в большой мажоритарный округ с опробованными технологиями.
Они даже не подозревают, что в их же собственных штабах будут доминировать люди, единственной целью которых будет вынести как можно больше денег и смыться.
Страшновато становится от того, что даже при относительном внутриполитическом спокойствии у руководящих лиц не хватало времени и желания оценивать внутренние вызовы и внешние риски, зато находились силы и умение умыкнуть предприятие или симпатичный грантик. Что уж тогда говорить о периоде борьбы за светлое будущее — свое и своих семей!
Любые выборы — испытание системы на прочность. Защитником системы может быть суперпопулярный лидер, когда ни у кого не возникает сомнений в исходе процесса или качественно выстроенная прочная система власти. Ни того, ни другого в нашем случае мы не имеем. А имеем непредсказуемость выбора и зарождающийся на ниве децентрализации феодализм.
А еще имеем соседа, для которого Украина — незавершенное дело.
Конфликт низкой степени интенсивности, как на международном языке называется сегодня наша война, конечно, для России неплох.
Не было бы крымско-донбасской истории — все события в стране повторили бы первые ющенковские годы, когда на украинскую землю пролился финансовый дождь. И пусть половина того дождя испарилась на подлете к реальной экономике и превратилась в чей-то мед. Но часть таки достигла земли, и мы будем вспоминать это время еще долго — как годы благоденствия, хотя тогда считали его кризисом.
Новый дождь смягчил бы удар по населению и позволил бы пережить первые экстремальные годы.
Россия много чего не получила или потеряла в результате своей авантюры, но она добилась отсутствия уверенности в завтрашнем дне у наших граждан, у наших партнеров, у потенциальных инвесторов. Но получила время для творческой дискуссии собственных башен: Украину сохранить, постаравшись вернуть в сферу влияния, или все-таки расчленить?
Путь расчленения прост и незатейлив, снимает массу проблем в спорах с мировым сообществом, поскольку, если нет объекта конфликта, — нет и самого конфликта.
Разумеется, и власть наша, и оппозиция наша думают, что делить страну будут они. Но есть все основания полагать, что в условиях беспощадной информационной поножовщины в ходе избирательной кампании рвать страну будут совершенно другие люди
Можно проклинать неразумных сограждан, можно постараться за последний год их перевоспитать, но реальность в том, что как на первых, президентских, так и на вторых, парламентских выборах большую поддержку получат личности и партии, устойчиво брендованные “прокремлевскими”. В результате полной оторванности от реалий повседневной жизни как занятых финансово-организационными разборками властей, так и лирически-реформаторской оппозиции. Нет, эти, конечно, тоже одержат убедительную победу. В Фейсбуке.
При этом будут ли реальные победители “прокремлевскими” на самом деле или просто заклеймены этим “лейблом” — не имеет значения. Вероятно, там будут и те, и другие.
Всего нас, как известно, ожидают три тура выборов — два весной и один осенью (в ошеломляющую победу в первом туре кого бы то ни было, верится с трудом). Решающим становится именно “третий тур”, способный как закрепить успех победителя во втором, так и нивелировать его. Так вот, по итогам “третьего” тура возможно создание далеко не столь патриотичного большинства парламентского, как раньше.
Понятно, что это будет удобно объяснить вмешательством Кремля в выборы, что модно и в чем будет доля правды. Понятно, что в очередной раз будет проклят вездесущий Медведчук, но если это произойдет, обвинять патриоты от власти и реформаторы, грустно вздохнув и обнявшись, смогут только самих себя — по причинам, описанным выше.
И вот, когда избирательные урны будут вскрыты, сценарий расчленения нашей страны вполне может быть пущен в ход. В уютных городках Западной Украины появятся взволнованные патриоты, объявляющие о конце света в виде победившей “русской осени”. И найдутся на каждый небольшой городок десятки “небезразличных”, и потребуют они от местных советов не признавать надругательства реваншистского большинства Верховной Рады над Украиной. А советы откликнутся на призыв народа, тем более что ряд из них контролируют политические силы, патент на которые находится далеко за пределами страны. Все, что последует дальше, мы уже видели. Сотня-другая бабушек, две-три сотни вооруженных граждан, и перед новоизбранной властью встанет вопрос: начинать ли там вторую АТО? Люди? Во-первых, их мнение вряд ли кого-либо заинтересует. А, во-вторых, к тому времени они и так будут напуганы “ползучей оккупацией” — во время выборов за словом в карман не лезут.
И что характерно — вся эта движуха будет создана, организована, профинансирована и реализована Кремлем и соседствующей с ним Старой площадью.
Именно их представители, завернувшись в красно-черные полотнища, популярно объяснят растерявшимся согражданам, что он, Кремль, и не претендует на земли западнее Збруча, что они могут свободно отправиться в Европу не по отдельности, а все вместе, семьями и целыми областями, и не тянуть за собой Днепр, Харьков, не говоря уж о Донецке и Луганске. А под конец беседы предложат парочку РПГ. А в Киеве, как вы уже догадались, будут делить власть и особо ожесточенно сражаться за Нацкомиссию по регулированию энергетики.
Игры в имитацию всегда заканчиваются играми на выживание. Это настолько очевидно, что иногда становится жутковато. От того, что этот случай может стать хрестоматийным — как жадность и глупость побеждают даже не любовь, нет… — элементарное уважение к стране.
Как кража цемента при постройке дома и возведение в то же время воздушных замков приводят к тому, что жилище может развалиться не от землетрясения вовсе, а от грозы средней интенсивности. Даже без града. И без “Градов”.
Есть надежда? Есть. На мудрость обычного украинца. На тех немногих в элите, кто ценит страну такой, какая она есть, а не такой, какой ее хочется видеть. Которые хотят ее менять, но не ломать и не отламывать от нее куски. Для которых она — самоценность.
