Большие войны иногда начинаются из-за мелких обид
Перевод статьи авторитетного американского журнала Time.
Автор: Саймон Шустер
Убитый герцог. Разгневанный папа римский. Убежденность одинокого короля в том, что его соперники ведут нечестную игру. Когда историки будут изучать причины, по которым армии начали собираться в Европе во время чумы 2021 года, их интерес может быть обращен к девочке-подростку, крестнице московского государя, находящегося в изоляции.
Ее зовут Дарья, молодая украинка с застенчивой улыбкой и большими карими глазами. Когда она родилась в 2004 году, ее родители попросили своего друга Владимира Путина, который тогда только начинал править Россией, окрестить ее по православной традиции, которую они все исповедуют. Отец девочки, Виктор Медведчук, был близок с Путиным на протяжении десятилетий. Они вместе отдыхают на Черном море. Они поддерживают деловые отношения. Они одержимы мыслями о связях между своими странами и о западных силах, которые, по их мнению, их разъединяют.
«Наши отношения развивались на протяжении 20 лет, ‒ рассказал мне Медведчук, давая интервью прошлой весной в Киеве, незадолго до начала нынешнего противостояния между Россией и Западом по поводу Украины. ‒ Я не хочу сказать, что использую эти отношения, но можно сказать, что они были частью моего политического арсенала».
Путин может сказать то же самое о Медведчуке. Политическая партия Медведчука, являющаяся ведущим проводником российских интересов в Украине, представляет собой крупнейшую оппозиционную силу в парламенте, имеющую миллионы сторонников. За последний год эта партия подверглась нападкам. В мае Медведчука обвинили в государственной измене и поместили под домашний арест в Киеве. А в прошлом месяце США обвинили его и его союзников в заговоре с целью совершения переворота с помощью российских военных.
На протяжении 21 года своего пребывания у власти Путин рассматривал Украину как братский народ, связанный с Россией узами веры, семьи, политики и тысячелетней общей историей. Последние семь лет он использовал все имеющиеся в его распоряжении средства, включая принуждение и открытое вторжение, чтобы сохранить эти связи, в то время как украинский народ все больше поворачивается в сторону Запада. В отсутствие войны один из лучших способов влияния Путина на Украину ‒ это Медведчук и его политическая партия. Поэтому не стоит удивляться тому, что военное противостояние России с Западом обострилось одновременно с репрессиями против друга Путина.
В феврале прошлого года, через несколько дней после инаугурации президента Джо Байдена, союзники Штатов в Киеве решили жестко обойтись с Медведчуком. Украинское правительство начало с того, что запретило трансляцию его телеканалов, лишив Россию рупоров пропаганды в стране. Посольство США в Киеве приветствовало этот шаг. Примерно через две недели, 19 февраля 2021 года, Украина объявила об аресте активов семьи Медведчука. Среди наиболее важных активов, по словам украинской власти, был трубопровод, по которому российская нефть поступает в Европу, обогащая Медведчука и его семью, включая крестницу Путина Дарью, и помогая финансировать политическую партию Медведчука.
Первый намек на реакцию Путина появился менее чем через два дня, в 7 часов утра 21 февраля. Появилось мало кем замеченное заявление Министерства обороны России о передислокации 3000 десантников к границе с Украиной для проведения «крупномасштабных учений», в ходе которых их обучат «захватывать вражеские объекты и удерживать их до прибытия основных сил». Эти солдаты стали началом наращивания военного присутствия, которое с тех пор возросло до более чем 100 000 российских военнослужащих. В ответ на это США и их союзники направили в Украину самолеты с оружием, а тысячи военнослужащих прибыли для обеспечения безопасности восточного фланга НАТО.
Возникшее противостояние возродило напряженность времен холодной войны и поставило Европу перед угрозой крупного военного конфликта. Пытаясь разгадать мотивы Путина, наблюдатели выдвигают на первый план его стратегическое желание усмирить американцев, разделить европейцев и восстановить влияние Москвы на территориях, которые она контролировала до 1991 года, до распада империи. Но все упустили из виду истоки кризиса. Чтобы понять мотивы Путина, необходимо понять его личные и политические связи с Украиной, а также его давнюю цель ‒ привести страну под свой контроль. Когда Медведчук был помещен под домашний арест, российский лидер назвал атаку на своих доверенных лиц «абсолютно очевидной зачисткой политического поля», которая грозит превратить Украину «в антитезу России, своего рода анти-Россию».
Мало кто имеет более четкое представление о реакции Путина, чем голословно обвиняемый «участник переворота» Медведчук. За год до эскалации кризиса он несколько раз встречался с Путиным в его подмосковной резиденции, несмотря на пандемию, из-за которой российский лидер изолировался от всех, кроме своих наиболее высокопоставленных помощников. Вопрос, которым сейчас пестрят заголовки по всему миру: «Чего хочет Путин?» ‒ не является предметом догадок для его ближайшего друга в Киеве.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы найти офис Медведчука среди переулков в центре города. Адрес привел меня к старому жилому дому на склоне холма, без каких-либо внешних признаков его политической значимости. За дверью без опознавательных знаков горстка вооруженных охранников молча смотрела на меня. Один из них досматривал мою сумку, желая узнать, нет ли в ней ножа или «какой-нибудь заточки». Медведчук был более радушен. Одетый в приталенный синий костюм, он был похож на отца куклы Кена ‒ жесткий, загорелый, ухоженный, с угловатой челюстью. Войдя в конференц-зал, он стремительно подошел к термостату и спросил: «Вам достаточно тепло?»
История его дружбы с Путиным, по его словам, уходит корнями в первые годы президентства Путина. Медведчук был главой администрации украинского президента, и они с Путиным часто встречались на официальных мероприятиях. В то время Россия могла оказывать на Украину любое влияние. Экономика Украины зависела от России в плане дешевого газа и дешевых кредитов, а ее лидеры не собирались вступать в какие-либо западные альянсы.
Чтобы укрепить свою связь с российским лидером, Медведчук и его жена, известная в Украине телеведущая, попросили Путина стать крестным отцом их новорожденного ребенка. С тех пор они остаются близкими людьми. В одном из интервью на российском государственном телевидении Медведчук вспомнил, как Путин уделял внимание Дарье, подарил ей букет цветов и плюшевого мишку, когда гостил у Медведчуков на их вилле в Крыму.
Их дружба стала еще крепче после 2014 года, когда революция развела их государства в разные стороны. Той зимой протестующие разбили палаточный городок на центральной площади Киева, требуя от украинских лидеров борьбы с коррупцией и интеграции с Западом. Более чем двухмесячные столкновения с полицией закончились холодным февральским утром, когда силы безопасности открыли огонь по демонстрантам на улицах и убили несколько десятков человек.
Режим рухнул на следующий день. Его лидеры бежали через границу в Россию, а с распадом их политической партии распался и механизм влияния России на своего соседа. «Теперь в Украине нет законной власти, ‒ негодовал Путин в своей речи в Кремле той весной. ‒ Не с кем разговаривать». Он заявил, что революция была не чем иным, как переворотом при поддержке США, и в ответ отдал приказ своим войскам вторгнуться в страну. Быстро захватив Крым, российские войска двинулись в угледобывающий центр Восточной Украины, установив в двух крупнейших городах сепаратистские марионеточные режимы.
Пока Украина отбивалась на востоке, ее столица превратилась в поле политической битвы. Остатки пророссийского истеблишмента начали создавать в Украине новые партии, каждая из которых воевала за избирателей предыдущей власти. «Мы знали, что Путин не хочет хаоса и войны в Украине в долгосрочной перспективе, ‒ говорит советник одного из украинских олигархов, финансировавших эти партии. ‒ Он хочет протекторат, лояльное правительство, как было раньше». Союзники России в Киеве хотели получить право баллотироваться на выборах, скупать промышленные предприятия и контролировать телевизионные сети. «Это был бы наш компромисс, ‒ объяснил мне в то время депутат Госдумы Константин Затулин. ‒ У России были бы свои солисты в большом украинском хоре, и они бы пели для нас». При таком раскладе, добавил он, «нам не нужно было бы разрывать Украину на части».
США не были открыты для такого рода сделок, и администрация Обамы заняла жесткую линию в отношении пророссийских деятелей в Киеве. Многие из них попали под санкции сразу после вторжения России в марте 2014 года, Медведчук был в верхней части черного списка. Тем не менее к концу 2018 года пророссийские партии добились прорыва в Украине, сформировав альянс под названием «Оппозиционная платформа ‒ За жизнь». Поддерживаемые миллиардерами, симпатизирующими Москве, они владели тремя телевизионными сетями в Украине. А председателем их партии стал старый друг Путина Медведчук.
На выборах, состоявшихся в следующем году, Украина избрала нового президента, актера и комика Владимира Зеленского. Его популярность была обусловлена комедийным сериалом «Слуга народа», в котором он играл роль вымышленного президента. Три месяца спустя политическая партия Зеленского получила большинство в парламенте. Но фракция Медведчука заняла второе место, что сделало ее крупнейшей оппозиционной силой в стране. «Миллионы граждан проголосовали за нас, ‒ сказал мне Медведчук. ‒ Путин дал обещание защитить их».
Телеканалы Медведчука работали над ослаблением нового правительства. «Они съедали электоральную базу, просто уничтожая Зеленского», ‒ говорит первый советник президента по национальной безопасности Александр Данилюк. Каналы особенно настойчиво критиковали реакцию правительства на пандемию COVID-19 и его неспособность обеспечить поставки вакцины от западных союзников. Когда в августе 2020 года Россия выпустила собственную вакцину, Медведчук, его жена и их дочь Дарья получили ее одними из первых. Затем они прилетели в Москву, чтобы поговорить с Путиным. Это была первая публичная встреча российского лидера с кем-либо ‒ без маски, на камеру и без социального дистанцирования ‒ с начала пандемии. Результатом их переговоров в тот день стала договоренность о том, что Россия предоставит Украине миллионы доз своей вакцины и бесплатно позволит украинским лабораториям ее производить.
Когда Медведчук представил это предложение Киеву, правительство отвергло его. Так же поступил и Госдепартамент США, который обвинил Россию в использовании своей вакцины в качестве инструмента политического влияния. Но по мере того, как число умерших в Украине росло, а с Запада не было поставок вакцины, избиратели массово отвернулись от Зеленского. К осени 2020 года его рейтинг одобрения упал ниже 40%, тогда как годом ранее он составлял более 70%. В некоторых опросах, проведенных в декабре, партия Медведчука лидировала.
Зеленский стал особенно беспокоиться о телевизионных каналах партии, которые он осуждал как посланников российской пропаганды. Когда в феврале прошлого года он решил снять эти каналы с эфира, это был не только оборонительный шаг, говорит Данилюк, его бывший советник по безопасности. Он также был задуман как приветственный подарок администрации Байдена, которая сделала борьбу с международной коррупцией основой своей внешней политики. По словам Данилюка, решение преследовать друга Путина «было рассчитано так, чтобы вписаться в американскую повестку дня».
На протяжении всего последующего военного кризиса у США не было посла в Киеве. Последний, Мари Йованович, была уволена в апреле 2019 года после того, как нарушила условия кампании президента Трампа по получению политических услуг от Украины. Трамп хотел, чтобы украинцы провели расследование в отношении семьи Байденов, и в качестве средства давления заморозил военную помощь Киеву. Разразившийся скандал привел к первому импичменту Трампа в Палате представителей, а американское посольство в Киеве оказалось опустошенным и деморализованным.
«Моя субординация пошла прахом, ‒ говорит Сурия Джаянти, которая в то время была старшим дипломатом в посольстве. ‒ Мы просто исчезли». Она говорит, что ситуация не изменилась после вступления Байдена в должность в прошлом году. По ее словам, его высший внешнеполитический персонал был сосредоточен на противостоянии с Китаем, а Россию они склонны были рассматривать как неприятность, с которой можно справиться или игнорировать. «Его команде не было дела до России, ‒ сказала мне Джаянти в Киеве прошлой осенью, незадолго до ухода с государственной службы. ‒ И они не хотели слышать об Украине». Только в последние дни, почти через год после начала кризиса, Байден выбрал нового посла в Киеве, который еще не был назначен.
Высокопоставленный американский чиновник сообщил TIME, что Украина всегда была главным приоритетом для администрации: «С самого первого дня Украина была в центре внимания и практически постоянно». Когда правительство Зеленского решило преследовать Медведчука, США приветствовали это как часть борьбы Украины с «вредоносным влиянием России», сказал чиновник. Методы, используемые в этой борьбе, были новыми и противоречивыми. Вместо того чтобы работать через систему правосудия, Зеленский ввел санкции против украинских магнатов и политиков, заморозив их активы своим указом.
Эта стратегия, которую правительство называет «деолигархизацией», направлена против многих внутренних оппонентов Зеленского и, в частности, их телевизионных каналов. США избегали критики репрессий, не желая «микроуправлять» тем, что делает Украина, сказал высокопоставленный американский чиновник. Но в случае с Медведчуком посольство США поддержало Зеленского. «Мы поддерживаем усилия Украины по защите своего суверенитета и территориальной целостности с помощью санкций», ‒ говорилось в твите посольства в феврале прошлого года, на следующий день после того, как санкции заморозили активы Медведчука.
Лидер партии был в ярости. «Это политические репрессии, ‒ сказал мне Медведчук. ‒ Все мои банковские счета заморожены. Я не могу управлять своими активами. Я даже не могу оплатить свои счета за коммунальные услуги».
В апреле, когда российские войска собрались на границе, Зеленский отправился на передовую, чтобы встретиться со своими войсками, и пригласил меня с собой. Военные вертолеты доставили нас на большую часть пути к окопам, но последние несколько сотен шагов пришлось пробираться по грязи в сопровождении горстки солдат и телохранителей. Один из них тащил большой пулемет, к ремню которого были прикреплены ящики с патронами.
Президент провел день, общаясь со своими солдатами, обедая с ними и вручая медали. Учитывая количество русских танков, готовых к вторжению из-за близлежащей границы, он выглядел необычайно бодрым. Мы провели ночь рядом с гарнизоном, и он пришел в столовую на завтрак в спортивном костюме, свежий после утренней пробежки по зоне боевых действий.
В тот день на обратном пути мы говорили о Медведчуке и его телеканалах, и о том, насколько мудрым в ретроспективе казалось их закрытие.
Зеленский не принес никаких извинений. «Я считаю их дьяволами, ‒ сказал мне президент. ‒ Их нарративы направлены на то, чтобы лишить Украину государственности». Когда в иллюминаторе показался киевский небосклон и самолет начал снижаться, Зеленский расстроился. «Аль Капоне убил много людей, но его посадили за налоги, ‒ сказал он мне. ‒ Я думаю, что эти телеканалы убили много людей через информационную войну».
Некоторые из его советников, особенно в разведывательном сообществе, были менее воодушевлены шагом против Медведчука. «По крайней мере, он ‒ дьявол, которого мы знаем», ‒ сказал мне в Киеве один отставной начальник разведки, согласившись обсудить этот вопрос на условиях анонимности. С тех пор как Россия впервые начала войну в 2014 году, Медведчук выступал в качестве одного из ведущих переговорщиков на многочисленных раундах мирных переговоров, часто добиваясь освобождения военнопленных. «У него есть прямой доступ к Путину», ‒ сказал мне шеф разведки. По его словам, такой доступ ‒ редкость, и это сделало Медведчука эффективным посредником.
Зеленского такие аргументы не тронули. 12 мая, примерно через месяц после нашей поездки на передовую, украинские власти выдали ордер на арест Медведчука. Прокуроры утверждали, что он нажился на российской оккупации Крыма, и обвинили его в государственной измене. Суд постановил, что до суда он будет находиться под домашним арестом, будет отрезан от своих избирателей и лишен возможности посещать заседания парламента.
Американские правоохранительные органы занялись его союзниками. Олег Волошин, видный член партии Медведчука, был встречен сотрудниками ФБР, когда он прибыл в Вашингтон в июле прошлого года. Два агента подошли к нему в международном аэропорту имени Даллеса и попросили переговорить наедине, вдали от его жены и грудного сына, которые путешествовали вместе с ним. Волошин, который является посланником Медведчука на Западе, провел следующие три часа, отвечая на вопросы агентов. «Они забрали мой мобильный телефон, ‒ рассказал Волошин об инциденте, о котором ранее не сообщалось. ‒ Они забрали всю информацию с моего мобильного телефона».
В заявлении от 20 января правительство США выдвинуло против Волошина и Медведчука серию поразительных обвинений. Оно заявило, что они являются частью продолжающегося кремлевского заговора по установлению в Украине марионеточного правительства, поддерживаемого российской военной оккупацией. «Россия поручила своим спецслужбам вербовать нынешних и бывших украинских государственных чиновников для подготовки к захвату правительства Украины и контроля над критически важной инфраструктурой Украины с помощью оккупационных российских сил», ‒ говорится в заявлении Министерства финансов США, которое ввело санкции против Волошина и других предполагаемых заговорщиков.
Когда мы разговаривали по телефону на следующий день, Волошин уже забрал свои деньги из банка и готовился покинуть Киев вместе со своей семьей. «Может быть, в Сербию, ‒ говорит он о своем пункте назначения. ‒ Может быть, в Россию». Он сказал мне, что не намерен захватывать власть в Украине с помощью российских военных, и заявил, что целью его партии всегда было завоевание власти мирным путем ‒ либо через выборы, либо, как выразился Волошин, через дипломатический «компромисс» между Россией и Западом. «Третьего варианта не существует, ‒ говорит он. ‒ Россия либо получит желаемое влияние мирным путем, либо силой».
Поскольку Медведчук отодвинут на второй план, а его партия отступает, у Кремля нет четкого пути к влиянию на Украину через политику, и это повышает соблазн использовать жесткую силу, сказал мне Волошин. «Вы должны понять, ‒ говорит он. ‒ Вокруг Путина есть “ястребы”, которым нужен этот кризис. Они готовы к вторжению. Они приходят к нему и говорят: “Посмотрите на своего Медведчука. Где он сейчас? Где ваше мирное решение? Сидит под домашним арестом? Может, нам подождать, пока все пророссийские силы будут арестованы?»
Спустя почти 12 месяцев с начала кризиса в Украине он стал гораздо более масштабным и опасным, чем любая политическая неприязнь. В начале декабря, когда более 100 000 российских войск стояли на границе с Украиной, Байден провел телефонный разговор с Путиным, чтобы разрядить напряженность. По словам Белого дома, президент предложил выслушать все «стратегические озабоченности» России, открыв дверь для гораздо более масштабных переговоров. Для Путина это был прорыв ‒ получить от президента США возможность обсудить с ним будущее альянса НАТО, который Путин уже давно называет главной угрозой безопасности России.
Ответ российских дипломатов напоминал старую тактику ведения переговоров: начать с малого. Они потребовали от США письменной гарантии того, что Украина никогда не вступит в НАТО. Они также попросили США вывести свои военные силы из Восточной Европы, отступив на позиции, которые они занимали до прихода Путина к власти. Как сказал ведущий российский посланник перед переговорами в январе, «НАТО должна собрать свои вещи и вернуться туда, где она была в 1997 году». Вместо того чтобы разрядить противостояние, предложение Байдена позволило России озвучить длинный список претензий к Западу, высвободив то, что один из кремлевских инсайдеров в Москве назвал мне «огромной кучей сдерживаемой напряженности».
По мере того как переговоры продвигались в течение января, россияне пришли к убеждению, что у них есть преимущество, пока они могут продолжать военное давление на Украину. «Это идеальное время для заключения сделок, снятия санкций, обсуждения проблем безопасности», ‒ говорит кремлевский инсайдер, согласившийся обсуждать переговоы на условиях анонимности. «Логика проста, ‒ добавляет источник. ‒ Если мы не нагоним на них много страха, мы не придем к четкому решению, потому что именно так работает западная система. Им очень трудно прийти к консенсусу по какому-либо вопросу. Все эти движущиеся части, все эти сдержки и противовесы, каждая из которых тянет в разные стороны. Поэтому цель состоит в том, чтобы представить угрозу с такими масштабными последствиями, чтобы заставить всех на этой стороне согласиться».
Судя по всему, гамбит провалился. США отвергли основные требования России и подготовили целый ряд санкций, которые отрежут большую часть российской экономики от остального мира. «Постепенность прошлого закончилась, и на этот раз мы начнем с вершины лестницы эскалации и останемся там», ‒ говорит высокопоставленный представитель администрации.
Байден начал предупреждать Украину и других союзников о том, что российское вторжение выглядит неизбежным. В январе более 8 500 американских военнослужащих были приведены в состояние повышенной боевой готовности и готовы к отправке в Восточную Европу вместе с военно-морскими кораблями и военными самолетами. Госдепартамент приказал несущественному персоналу и членам семей покинуть посольство США в Киеве, по его словам, из «избытка осторожности».
Далеко не ясно, смогут ли мирные переговоры вернуть Европу с грани войны, или что Путин может считать компромиссом, позволяющим сохранить лицо. Согласно кремлевским протоколам пандемии, российский лидер оказался в большей изоляции во время этого кризиса, чем когда-либо в своей карьере. В начале января, когда он обычно праздновал православное Рождество среди толпы в одном из российских соборов, Кремль опубликовал кадры, на которых президент наедине со священником торжественно держит свечу в часовне своей частной резиденции. «Очень немногие люди могут говорить с ним сейчас, ‒ сказал мне кремлевский инсайдер. ‒ Мир в его голове ‒ только его собственный».
В Киеве друг Путина находится в еще большей изоляции. Лишенная основных телеканалов и обвиняемая в уголовных преступлениях, партия Медведчука опускается в опросах. Медведчук остается под домашним арестом, к его лодыжке прикреплено устройство слежения, а у его дома дежурят полицейские. Безопасность его дочери вызывает такое беспокойство, что он отказывается что-либо говорить о ее местонахождении. Но один из его помощников сказал мне, что Дарья по-прежнему находится в Киеве, окруженная частной охраной. По словам помощника, главное опасение ‒ это похищение, «но да, она все еще здесь».
